Российские власти решили провести новую реформу пенсионной системы

Российские власти готовят очередное изменение пенсионной системы. По данным источников РБК, правительство обсуждает законопроект, который позволит автоматически переводить пенсионные накопления граждан:ок из системы обязательного пенсионного страхования (ОПС) в Программу долгосрочных сбережений (ПДС).

Что имеется в виду?

Речь идет прежде всего о накоплениях так называемых «молчунов» — граждан:ок, которые никогда не переводили свои пенсионные средства в негосударственные пенсионные фонды и не распоряжались ими самостоятельно.

На начало 2026 года в Социальном фонде России находились накопления 36,2 миллиона таких человек. Под управлением ВЭБ.РФ сосредоточено 2,89 триллиона рублей этих средств. Еще 3,57 триллиона рублей пенсионных накоплений 34,5 миллиона застрахованных лиц размещены в 24 негосударственных пенсионных фондах.

Эта инициатива также связана с обсуждаемым созданием объединенного пенсионного фонда с участием ВЭБ.РФ и ВТБ. Накануне глава ВЭБ.РФ Игорь Шувалов сообщил в Совете Федерации, что соответствующий законопроект разрабатывается совместно правительством и ВЭБом. По его словам, в рамках реформы предстоит определить дальнейшую судьбу накоплений «молчунов».

Ранее РБК сообщал о возможном объединении крупнейших негосударственных пенсионных фондов — «ВТБ Пенсионный фонд», «Благосостояние» и «Газфонд Пенсионные накопления». Если сделка состоится, новый фонд будет управлять активами примерно на 3 триллиона рублей. Для сравнения: совокупный объем активов всех российских НПФ сегодня составляет около 7 триллионов рублей.

Заявления Силуанова на ПМЭФ

4 июня на Петербургском международном экономическом форуме министр финансов Антон Силуанов фактически подтвердил, что такая инициатива действительно обсуждается. По его словам, накопления «молчунов» могли бы стать основой для долгосрочных сбережений граждан:ок и приносить более высокую доходность.

Обсуждение реформы подтвердил и глава ВТБ Андрей Костин. Он отметил, что окончательное решение пока не принято: проект продолжает согласовываться в администрации президента, Банке России, Минфине и других ведомствах.

Что говорят эксперт:ки?

В разговоре с DOXA экономист, пожелавший остаться анонимным, отмечает, что речь идет не столько о переводе денег, сколько об изменении их юридического статуса.

По его словам, в системе обязательного пенсионного страхования накопления остаются страховым обязательством государства с жесткими ограничениями на использование средств и привязкой выплат к пенсионному возрасту. В случае перевода в Программу долгосрочных сбережений эти же деньги превращаются в добровольный сберегательный продукт с пятнадцатилетним горизонтом, другими правилами выплат и значительно более широкими возможностями для инвестирования.

«Средства, которые раньше нельзя было направлять на инфраструктурные проекты или поддержку государственных компаний, после смены статуса становятся пригодны для таких вложений. Государство получает в распоряжение крупный пул длинных денег объемом около 6,5 триллиона рублей и может использовать его для финансирования приоритетных проектов дешевле, чем через обычные рыночные механизмы», — объясняет эксперт.

По его мнению, инициативу можно рассматривать как очередное изменение правил задним числом.

«Первый раз это произошло в 2014 году, когда накопительная часть пенсий была заморожена. Тогда людям объясняли, что деньги остаются их собственностью, но временно недоступны. Сейчас предлагается следующий шаг — автоматически перевести эти средства в инструмент с другими условиями. Человек фактически соглашался на одну систему, а в итоге оказывается в другой, причем без активного согласия с его стороны», — говорит собеседник DOXA.

При этом сам факт инвестирования пенсионных средств в инфраструктуру не является чем-то уникальным. Эксперт напоминает, что подобная практика давно существует, например, в Канаде и Австралии, где пенсионные фонды вкладываются в долгосрочные инфраструктурные проекты и получают доходность, защищенную от инфляции.

Однако, подчеркивает он, в таких системах существуют принципиальные отличия.

«В международной практике пенсионные фонды управляются независимо от политической власти, вложения в инфраструктуру являются добровольным инвестиционным решением, а единственной целью остается обеспечение будущих пенсий граждан. В российской модели ни одно из этих условий не соблюдается. Перевод средств предполагается автоматическим, деньги концентрируются в структуре с государственным контролем, а сама цель реформы открыто связывается с финансированием инфраструктурных и технологических проектов», — отмечает экономист.

По его оценке, такая схема ближе к тому, что экономисты называют финансовой репрессией — ситуации, когда государство направляет сбережения граждан на финансирование собственных приоритетов, зачастую по доходности ниже рыночной.

Отвечая на вопрос о последствиях для владельцев пенсионных накоплений, эксперт отмечает, что реформа действительно дает некоторые новые возможности. В отличие от системы ОПС, ПДС позволяет получить всю сумму единовременно после окончания срока программы, предусматривает право наследования средств, возможность досрочного доступа в отдельных жизненных ситуациях и страхование накоплений через Агентство по страхованию вкладов на сумму до 2,8 миллиона рублей.

Однако, по его словам, большинство преимуществ реформы имеют ограничения.

«Государственное софинансирование, которое активно рекламируется как преимущество ПДС, на переведенные накопления не распространяется. Оно действует только в отношении новых добровольных взносов. Кроме того, свобода распоряжения средствами во многом оказывается иллюзорной: переведенные накопления и инвестиционный доход по ним нельзя свободно изъять досрочно. Для большинства “молчунов” речь вообще идет о сравнительно небольших суммах — в среднем порядка 80–100 тысяч рублей на человека», — говорит собеседник DOXA.

По его мнению, главным эффектом реформы станет не расширение возможностей граждан, а создание для государства нового источника долгосрочного финансирования.

«Реальные преимущества для граждан существуют, но они довольно ограничены. Основная задача конструкции — превратить замороженные пенсионные накопления в управляемый государством фонд длинных денег для финансирования инфраструктурных проектов. Если говорить совсем коротко, выигрыш государства здесь выглядит первичным, а выигрыш гражданина — вторичным», — заключает эксперт.

Контекст

Нынешняя инициатива появилась спустя восемь лет после одной из самых непопулярных социальных реформ в современной российской истории — повышения пенсионного возраста.

В 2018 году правительство Дмитрия Медведева объявило о поэтапном повышении возраста выхода на пенсию до 65 лет для мужчин и до 60 лет для женщин. Изначально для женщин планировалось повышение до 63 лет, однако после волны общественного недовольства Владимир Путин предложил смягчить реформу, снизив новую планку до 60 лет.

Пенсионная реформа вызвала массовые протесты по всей стране и стала одной из крупнейших социальных кампаний последних лет. Летом и осенью 2018 года акции против повышения пенсионного возраста проходили в Москве, Санкт-Петербурге и десятках других городов. Против реформы, помимо несистемных сил, выступали официальные профсоюзы, а также КПРФ, ЛДПР и часть депутато:к «Справедливой России». Несмотря на протесты, закон был принят и вступил в силу.