За четыре года войны не менее 89 экоактивистов подверглись преследованию по «антивоенным» статьям

С февраля 2022 по февраль 2026 года как минимум 89 экоактивисто:к в 27 регионах России столкнулись с давлением из-за антивоенных высказываний. Об этом говорится в обновленном исследовании Эколого-кризисной группы (ЭКГ). Больше всего случаев зафиксировано в Архангельской области (17 человек), Республике Коми (8) и Москве (8). География преследований во многом совпадает с регионами активных экопротестов — там, где люди защищают леса, реки и шиханыШиханы — это изолированные холмы-останцы, древние рифовые образования пермского периода. В России термин чаще всего используют по отношению к башкирским шиханам (Куштау, Торатау, Юрактау, Шахтау) — уникальным известняковым горам, ставшим символом экологических протестов против промышленной разработки, давление оказывается особенно заметным.

Общая сумма административных штрафов превысила 2 282 500 рублей. Чаще всего протоколы составляли по статье о «дискредитации армии»ч. 1 ст. 20.3.3 КоАП РФ. По числу штрафов лидируют Архангельская область (23 штрафа на 641 тыс. рублей), Вологодская область (8 на 390 тыс.), Свердловская область (17, известная сумма — 245 тыс.), Волгоградская область (4 на 155 тыс.) и Республика Коми (5 на 120 тыс.). 14 экоактивисто:к получили административные аресты — в общей сложности 152 суток — в Москве, Свердловской, Архангельской, Волгоградской и Ярославской областях, Коми, Красноярском крае и Санкт-Петербурге. Среди тех, кому назначали арест, — в том числе защитник зеленых зон, доцент МГУ Михаил Лобанов.

22 экоактивист:кам вынесены уголовные приговоры — от штрафов до 20 лет лишения свободы. Среди осужденных: Ирина Измайлова (20 лет по ст. 223.1ст. 223.1 УК РФ — незаконное изготовление взрывчатых веществ, взрывных устройств или их основных частей и 275ст. 275 УК РФ — государственная измена УК РФ), Евгения Конфоркина (15 лет по ст. 275 и 205.5ст. 205.5 УК РФ — организация деятельности террористической организации и участие в ней УК РФ), Владислав Краваль (6 лет 3 месяца по ст. 207ст. 207 УК РФ — заведомо ложное сообщение об акте терроризма и 214ст. 214 УК РФ — вандализм УК РФ), Никита Черничкин (6 лет по ст. 205.2ст. 205.2 УК РФ — публичные призывы к осуществлению террористической деятельности, оправдание или пропаганда терроризма, 354.1ст. 354.1 УК РФ — реабилитация нацизма, а также отрицание фактов, установленных приговором Нюрнбергского трибунала, распространение заведомо ложных сведений о деятельности СССР в годы Второй мировой войны, а также «оскорбление памяти» защитников Отечества и 207.3ст. 207.3 УК РФ — публичное распространение заведомо ложной информации о действиях Вооруженных сил РФ («фейки» об армии) УК РФ), Александр Бахтин (6 лет), Борис Романов (6 лет заочно), Михаил Афанасьев (5,5 лет), Анна Александрова (5 лет 2 месяца), Арина Иванова (5 лет), Грегори Винтер (3 года) и другие. Ряд защитни:ц Шиеса оштрафованы по ст. 280.3ст. 280.3 УК РФ — повторная «дискредитация» Вооруженных сил РФ УК РФ.

В пяти регионах продолжаются как минимум семь уголовных дел против шести человек, включая Евгению Чирикову, Евгения Доможирова, Алену Смышляеву, Александра Кудашева, Юлию Файзрахманову и Виктора Казакова.

Троих экоактивисто:к внесли в реестр «иностранных агентов» — это Евгений Ступин, Евгений Доможиров и Анна Степанова. Не менее 14 человек заявили об эмиграции из-за давления. В двух случаях было повреждено имущество: в Краснодарском крае сожжен дом Андрея Панюшкина, в Ярославле подожжен автомобиль Андрея Акимова.

Пятеро активисто:к добились компенсаций в ЕСПЧ — от 4 до 7,5 тыс. евро — за незаконные задержания, аресты и штрафы.

Что думают эксперт:ки?

В разговоре с DOXA Виталий Серветник из Эколого-кризисной группы подчеркивает, что речь не идет о каком-то отдельном «прицельном» давлении именно на эколог:инь.

«Мы фиксируем случаи преследования экологических активисто:к за антивоенные высказывания и действия. Но важно понимать: за антивоенную позицию сегодня преследуют самых разных активисто:к. Мы просто фокусируемся на экологической среде — не потому, что давление касается только ее, а потому что это наша исследовательская область», — говорит он.

По его словам, экологическая повестка остается одной из немногих заметных форм общественной активности в России на фоне общего спада протестной мобилизации. «Экопротесты по-прежнему существуют в публичном поле. Поэтому экологические активист:ки чаще оказываются на виду — особенно если они одновременно выступают против войны, участвуют в акциях, ведут соцсети. Когда к человеку уже приковано внимание силовиков из-за его экологической деятельности, любые антивоенные заявления становятся для них удобным поводом для преследования», — объясняет Серветник.

Он добавляет, что «военные» статьи стали удобным инструментом давления, в том числе в ситуациях, когда экологические инициативы создают неудобства для региональных властей или бизнеса. «Суды крайне редко проявляют мягкость по таким делам — это часть государственной политики и режима военной цензуры. Поэтому антивоенные статьи позволяют проще и быстрее “приструнить” активисто:к, в том числе за их деятельность в других сферах», — отмечает он.

Серветник считает, что риск усиления давления сохраняется: «Мы живем в условиях военной цензуры, и система продолжает ужесточаться. Любая самоорганизация вызывает опасения у власти — не столько сам протест, сколько его организованная форма. Чем более структурирована и заметна инициатива, тем выше риски».

В качестве возможного ответа он называет солидарность. «Без смены политического режима невозможно прекратить военные репрессии. Но в текущих условиях важнее всего поддержка тех, кто уже оказался под давлением. Солидарность дает людям ощущение, что они не одни, и позволяет продолжать сопротивление. Это базовое условие для сохранения гражданского общества — и в экологическом движении, и за его пределами», — заключает эксперт.