Более 120 экологов направили письмо Путину с требованием скорректировать закон, разрешающий изымать земли у заповедников

Более 120 ученых, эколог:инь и общественных деятель:ниц подписали обращение к Владимиру Путину с просьбой скорректировать правительственный законопроект, который сейчас разрешает изымать участки земли из состава федеральных и региональных особо охраняемых природных территорий (ООПТ) и строить на них объекты федерального значения. Об этом сообщает РБК со ссылкой на текст письма.

Законопроект был принят Госдумой в первом чтении 18 марта. Автор:ки обращения подчеркивают, что обеспокоены за дальнейшую судьбу уникальной системы особо охраняемых природных территорий в России.

В нынешний редакции законопроект, по мнению ученых, создает предпосылки для осуществления на охраняемых территориях «природоразрушительных видов экономической деятельности, изъятия из состава ООПТ земельных участков в интересах хозяйствующих субъектов, причинения колоссального вреда особо охраняемым экосистемам и их компонентам, а также для дискредитации экологической политики государства».

Изначально законопроект разработало Минприроды. В декабре 2025 года он был внесен в Госдуму. Согласно нему, на территориях заповедников, национальных парков, заказников и других видов ООПТ можно будет проводить мероприятия, направленные на обеспечение обороны страны и безопасности государства, а также на охрану госграницы.

Кто подписал обращение?

Инициатором обращения стала межрегиональная общественная организация «Экспертный совет по заповедному делу», созданная в 2023 году.

В разговоре с DOXA эколог, пожелавший остаться анонимным, подчеркивает: ключевое здесь — не только сам факт обращения, но и уровень его подписантов.

Среди них — 11 академиков РАН, включая председателя Научного совета РАН по экологии биологических систем Вячеслава Рожнова и председателя Российского национального комитета программы ЮНЕСКО «Человек и биосфера» Юрия Дгебуадзе, а также 17 членов-корреспондентов РАН — в том числе научный руководитель Института водных проблем РАН и бывший министр экологии Виктор Данилов-Данильян.

«В сфере ООПТ это самый верх компетенции в стране», — говорит эколог. По его словам, именно этот уровень экспертизы делает обращение принципиальным сигналом для всей системы охраны природы в России.

Что предложили ученые?

Ко второму чтению эколог:ини предложили восемь блоков поправок. Они считают, что поправки помогут обеспечить устойчивое функционирование системы охраняемых территорий, а также выполнить задачи закона по правовому регулированию.

Так, по мнению эксперто:к, мероприятия по обеспечению обороны страны должны разрешаться только в исключительных случаях, связанных с размещением объектов капитального строительства, при отсутствии других вариантов размещения, а решения об этом должен принимать президент.

В доработке также нуждается положения закона о том, где можно строить объекты для охраны границы. Эксперт:ки предложили, чтобы подобные строения размещали только на специально выделенных участках, прописанных в положении о заповеднике.

Кроме того, ученые предложили строже регламентировать список того, что в законе называется «объект федерального значения», а размещение объекта на таком участке должно закрепляться отдельным федеральным законом, считают ученые.

Что говорят эксперт:ки?

Комментируя первую версию правительственного законопроекта, эколог заявил DOXA, что он, по сути, создает легальный механизм вырезания ценных участков из любой охраняемой территории под заранее выбранный проект.

По его словам, ООПТ становится предметом торга, который может продаваться любому, кто захочет себе кусок земли на территории различных охраняемых мест, включая заповедники, национальные парки и так далее.

Эколог подчеркивает, что даже точечные вмешательства могут иметь системные последствия: «нарушается экологическая связность территории… эффекты могут быть неочевидными, но крайне разрушительными». Среди рисков — фрагментация лесных массивов, усиление воздействия ветров и вредителей, а также цепные экологические изменения, которые со временем распространяются внутрь территории.

Отдельно он отмечает, что подобные механизмы практически не имеют аналогов: «в большинстве стран такие решения принимаются только через отдельный закон… даже в Китае нет возможности административно изъять участок из заповедной территории». В предлагаемой модели решения будут приниматься исполнительной властью без обязательного участия экспертного сообщества и экологической оценки.

При этом, по его словам, ситуация остается открытой для влияния: «сейчас период, когда граждане могут реально повлиять на содержание законопроекта». Он указывает на редкий случай раскола в Госдуме — документ поддержала только «Единая Россия».

Главный инструмент, по его словам, это прямые обращения: «если каждый депутат получит по тысяче обращений, это сильно на него повлияет». Эколог призывает писать депутатам, руководителям фракций, председателю Госдумы, а также в администрацию президента и правительство: «даже простое обращение своими словами уже является важным шагом».

В разговоре с DOXA представитель «Эколого-кризисной группы» Виталий Серветник подчеркивает, что нынешняя инициатива — часть долгой тенденции ослабления природоохранного законодательства: «это не первый случай… попытки ослабить режим ООПТ продолжаются с 2000 года, и каждый раз речь идет о самых ценных территориях — с нетронутыми лесами и уникальными ландшафтами». По его словам, к экономическим аргументам теперь добавляется и военная риторика: «если раньше говорили про развитие экономики, то теперь добавляется оборона — против нее уже как будто нельзя возражать».

Серветник отмечает, что речь идет о подрыве уникальной системы охраны природы: «ООПТ — это островки нетронутой природы… они обеспечивают сохранение биоразнообразия и в целом поддерживают баланс жизни». Утрата таких территорий, по его словам, имеет глобальные последствия: «чем меньше остается таких зон, тем выше риски — от исчезновения видов до роста эпидемий из-за разрушения естественной среды».

В более прикладном смысле это ударит и по качеству жизни: «для городов такие территории — это буфер… они влияют и на экологию, и на здоровье, и на ментальное состояние людей». В частности, Битцевский лес он называет не только природоохранной, но и важной рекреационной зоной для Москвы.

Отдельное внимание он обращает на механизм принятия решений: «в комиссию могут войти представители власти и силовых структур, но участие специалистов в области охраны природы не предусмотрено». Это, по его мнению, означает, что решения будут приниматься без необходимой экспертизы.

Серветник считает, что важна и гражданская реакция: «люди должны объединяться, писать обращения, создавать инициативные группы». Он также говорит о необходимости более устойчивых форм участия: «нужны постоянные наблюдательные и попечительские советы, а не реакция только в момент угрозы».

Контекст

Попытки пересмотра статуса ООПТ — это устоявшаяся практика последних лет. В разных регионах речь идет либо об изменении границ, либо о фактическом ослаблении режима охраны, либо о прямом строительстве внутри или рядом с такими территориями.

В Москве в 2024 году 146 ООПТ перевели в категорию «особо охраняемых зеленых территорий» — с фактическим снижением уровня защиты. Параллельно менялись границы Битцевского леса, где под видом «благоустройства» прокладывают инфраструктуру и постепенно урбанизируют природную территорию.

Отдельный конфликт — национальный парк «Лосиный остров»: здесь обсуждаются и реализуются проекты дорог и другой инфраструктуры, которые, по оценкам эколог:инь, открывают путь к дальнейшему освоению территории.

Та же логика работает и в регионах. Вокруг озера Байкал обсуждается смягчение природоохранного режима, что может открыть центральную экологическую зону для застройки. На Кавказе и в Сочи под предлогом развития туризма расширяется инфраструктура рядом с заповедниками и национальными парками. В Карелии и северных регионах возникают конфликты вокруг добычи ресурсов у границ ООПТ, на Дальнем Востоке — вокруг промышленного освоения территорий, соседствующих с заповедниками.