В Республике Коми мундепы предложили провести референдум по поводу муниципальной реформы

Депутат:ки Ижемского района Республики Коми почти единогласно потребовали отложить переход региона на одноуровневую систему местного самоуправления и провести республиканский референдум. На это обратило внимание издание «7х7». Обращение направили в Госсовет Коми на фоне подготовки к ликвидации сельских поселений и дальнейшей централизации управления районами.

Бывший глава администрации Ижемского района Николай Братенков заявил, что отказ от двухуровневой системы особенно ударит по житель:ницам отдаленных поселков, где многие повседневные вопросы сейчас решаются через местные администрации.

«Только при сохранении двухуровневой системы местного самоуправления многие вопросы могут оперативно решаться властью на местах. Ездить в районный центр за справками и другими незначительными делами, которые сегодня решаются в местных администрациях, станет слишком обременительным для граждан, особенно для безработных и пенсионеров», — написал Братенков.

Одновременно представитель:ницы местного отделения КПРФ, среди которых есть депутат:ки разных уровней, подали документы в Избирательную комиссию Коми для регистрации инициативной группы по проведению референдума. «Такие решения должны принимать жители Республики, а не кучка глав районов и республиканских депутатов от «Единой России». Если Избирком зарегистрирует инициативную группу — начнется сбор подписей, а затем референдум. И решение примут не чиновники на закрытых совещаниях, а люди», — заявили активист:ки КПРФ.

Реформа в Республике Коми

Как сообщает «Коммерсант», формально инициатива исходит от самих муниципалитетов: в республиканский парламент обратились 13 глав поселений и председатель:ниц советов депутатов. Власти Коми утверждают, что новая модель позволит устранить «дублирование полномочий» и ускорить принятие решений на местах.

Председатель комитета Госсовета Коми по законодательству и местному самоуправлению Андрей Климушев заявил, что семь муниципалитетов республики уже перешли на одноуровневую систему, а их опыт власти считают «положительным».

По словам Климушева, реформа также должна сократить расходы регионального и муниципальных бюджетов. Высвободившиеся средства, как утверждают власти, планируют направить на решение «наиболее острых вопросов жителей поселений».

Что говорят эксперт:ки?

В разговоре с DOXA политик и бывший муниципальный депутат МО «Владимирский округ» в Петербурге Виталий Боварь говорит, что главная цель муниципальной реформы — не «оптимизация», а дальнейшая централизация власти и сокращение влияния местных сообществ на принятие решений.

«Основной смысл реформы — снизить влияние общества. Ослабить влияние местных сообществ, локальных элит, небольших партийных и независимых сил на принятие решений», — считает Боварь.

Он отдельно подчеркивает, что для Республики Коми последствия реформы могут оказаться особенно болезненными из-за масштабов региона, удаленности многих поселений и сильной локальной идентичности.

«Коми — большая и очень своеобразная республика. Это один из тех регионов, где действительно есть живая культурная и языковая среда, за которую стоит бороться. И очевидно, что вся эта тенденция к централизации бьет именно по таким регионам», — говорит политик.

По мнению Боваря, переход на одноуровневую систему в Коми станет одним из самых чувствительных примеров муниципальной реформы в России, однако именно там существует и заметный потенциал сопротивления.

«Если где-то еще возможно серьезное противодействие этой реформе, то Коми — одно из таких мест. Там достаточно сильная оппозиция, прежде всего КПРФ. Поэтому сопротивление будет — и, думаю, оно может принести определенные результаты», — считает он.

«Местное самоуправление — это вообще не только про справки и услуги. Это прежде всего про политику и возможность людей влиять на происходящее вокруг себя», — подчеркивает он.

По словам политика, реформа фактически направлена на сокращение возможностей для сопротивления решениям региональных и федеральных властей.

«Речь идет о сужении спектра того, что люди вообще могут делать на местах. Это не история про улучшение качества услуг, а история про уменьшение количества стратегий противодействия неадекватным решениям власти», — говорит Боварь.

При этом он сомневается, что ликвидация сельсоветов действительно приведет к улучшению качества муниципальных услуг.

«Чиновники не станут внезапно лучше просто потому, что исчезнут муниципальные советы. Законы не меняются кардинально, люди остаются те же самые. Поэтому аргумент о “повышении качества” не выдерживает критики», — считает бывший депутат.

Одновременно он предупреждает, что последствия реформы, наоборот, могут привести к ухудшению доступа к базовым услугам — особенно для житель:ниц отдаленных территорий.

«Сначала власти сохранят территориальные отделы и будут говорить, что ничего не изменится. Но потом начнется постепенное сокращение — под предлогом экономии и цифровизации. Людям будут объяснять: “Зачем вам чиновни:цы на местах, если есть Госуслуги?”» — объясняет Боварь.

По его словам, российская система управления систематически переоценивает собственные возможности цифровизации и опирается на «красивые отчеты», которые не отражают реальную ситуацию на местах.

«Наверх всегда отправляют картину лучше, чем она есть на самом деле. В результате власти начинают думать, что цифровые сервисы работают идеально, и постепенно сокращают местные структуры. Это приведет к локальным коллапсам, которые будут пытаться скрывать, вызывая еще большее раздражение людей», — считает он.

Особенно сильно, по мнению Боваря, последствия реформы затронут наиболее уязвимые группы населения.

«Как и всегда при подобных реформах, первыми под удар попадут малообеспеченные люди, пенсионеры, жители отдаленных районов. Просто потому, что это наименее ресурсные группы», — говорит политик.

Комментируя инициативу о проведении референдума, Боварь называет ее логичным и политически понятным шагом.

«Если речь идет о реформе, которая напрямую касается жителей республики, то естественно возникает вопрос: почему бы не спросить самих жителей?» — отмечает он.

При этом политик сомневается, что власти согласятся на проведение такого голосования.

«“Единая Россия” вряд ли пойдет на референдум, если понимает, что может его проиграть. Российская власть вообще не любит референдумы, особенно по вопросам, где общественное мнение может оказаться не на ее стороне», — считает Боварь.

По его мнению, даже если часть житель:ниц не до конца понимает юридические детали реформы, люди хорошо чувствуют саму логику происходящего.

«Люди понимают главное: у них что-то забирают. Не расширяют их права, а наоборот сокращают возможности влияния. И это ощущение считывается очень хорошо», — говорит он.

Боварь также отмечает, что наиболее сильное сопротивление реформе возникает там, где уже существуют локальные протестные движения — например, экологические кампании или конфликты вокруг региональной автономии.

«В таких регионах люди быстрее видят связь между “оптимизацией” и ухудшением своей жизни. Поэтому там протест складывается легче», — объясняет он.

Контекст

В марте 2025 года Госдума приняла закон о новой системе организации местного самоуправления, который дал регионам право самостоятельно выбирать между сохранением двухуровневой модели и ликвидацией сельсоветов. Авторами законопроекта стали Павел Крашенинников и Андрей Клишас. Документ поддержали 318 депутато:к из 399.

В России устраняют местное самоуправление

Это был «самый близкий и доступный уровень власти для жителей»

Айгуль Салаватова, Никита Пегов

Во время обсуждения депутат от КПРФ Михаил Матвеев заявил, что реформа фактически «спускает в унитаз 150 тысяч муниципальных депутатов».

Формально регионам оставили право выбора, однако на практике во многих субъектах реформу начали продвигать сверху. Не менее 17 регионов, а также аннексированный Крым, заявляли о намерении сохранить двухуровневую систему, тогда как другие субъекты уже начали ликвидировать сельские и городские поселения.

Одним из главных центров сопротивления реформе стала Республика Алтай. Там житель:ницы, сельские депутат:ки и местные советы выступали против ликвидации сельсоветов, направляли обращения в региональные органы власти и отказывались менять муниципальные уставы. В ряде районов это фактически заблокировало реализацию реформы.

21 июня 2025 года в Горно-Алтайске прошла крупнейшая акция протеста против реформы — на митинг вышли около двух тысяч человек. Глава региона Андрей Турчак называл протестующих «провокаторами, нарушившими покой духов».

Позже активистку Аруну Арна, последовательно критиковавшую реформу и ее социальные последствия, внесли в список «террористов и экстремистов». После этого у нее и ее родственни:ц прошли обыски, а самой активистке назначили запрет определенных действий.

Несмотря на протесты, в апреле 2026 года депутаты Алтайского заксобрания приняли закон о ликвидации сельсоветов и переходе к муниципальным округам. «Единая Россия» и ЛДПР проголосовали «за», КПРФ и «Справедливая Россия» — «против».

При этом сопротивление реформе на местах не прекратилось: сельсоветы и районные советы продолжают направлять обращения властям и в отдельных случаях фактически блокируют переход на новую систему управления.