Градозащитница Наталия Шамина заявила о насилии в психиатрической больнице после задержания на пикете в Москве

Председательницу новосибирского отделения Всероссийского общества охраны памятников истории и культуры (ВООПИиК) Наталию Шамину после задержания на акции протеста в Москве поместили в психиатрическую больницу имени Алексеева.

Как рассказала активистка в публикации, на которую обратило внимание «7x7», в клинике ее заставили полностью раздеться, против воли ввели лекарственные препараты и привязали к кровати. Позднее суд не нашел законных оснований для принудительной госпитализации Шаминой и отказался удовлетворить требование врачей.

Решение суда

Наталию Шамину задержали 25 июля во время акции у памятника Кириллу и Мефодию, где она объявила голодовку с плакатом «Голодовка за наследие». Сначала активистку доставили в отдел полиции «Китай-город», а затем — в психиатрическую больницу имени Алексеева.

Как рассказал «Ветру» градозащитник Игорь Кочетков, до вечера 27 июля у соратни:ц Шаминой не было никаких документов, объясняющих причины ее помещения в стационар. Все это время связаться с активисткой было невозможно: ее телефон оставался отключенным, а администрация больницы отказалась принять передачу с вещами первой необходимости, которую пыталась передать волонтерка.

По словам Кочеткова, в больнице Шамину привязывали к кровати и против ее воли вводили лекарственные препараты. Полиция утверждала, что при задержании активистка якобы вела себя «буйно», а врачи сочли объявленную ею голодовку попыткой суицида и на этом основании выступили за принудительную госпитализацию.

После освобождения Наталия Шамина подтвердила рассказы коллег о происходившем в больнице. По ее словам, сразу после поступления в приемный покой ее заставили полностью раздеться.

«Отняли абсолютно все и водворили в 3-е отделение в палату на девятерых. На соседней койке товарищка обещала "всех ночью передушить нафиг", а ведь я ближе всех, с меня и начнет! Дементные бабульки вели увлекательные разговоры… много было женщин, совершенно ушедших в себя», — отмечает активистка.

Утром 27 июля, в день судебного заседания, Шаминой, по ее словам, насильно сделали инъекцию, а затем привязали к кровати. Активистка предполагает, что таким образом врачи пытались спровоцировать у нее истерику, чтобы убедить суд в необходимости принудительного лечения.

Однако выездное судебное заседание, прошедшее прямо в больнице, завершилось отказом в госпитализации. Прокуратура не поддержала позицию врачей, а судья не наш:ла законных оснований для дальнейшего содержания Шаминой в психиатрическом стационаре. После заседания активистку отпустили, и сын забрал ее домой.

За что ее арестовали?

Наталия Шамина приехала в Москву, чтобы присоединиться к серии одиночных пикетов против закона, который, по мнению градозащитни:ц, ослабляет систему охраны объектов культурного наследия.

С 22 по 25 июля активист:ки ВООПИиК из нескольких регионов выходили к зданию Администрации президента с требованием не подписывать законопроект. Во время первого пикета Шамину не задержали, однако полицейские и сотрудни:цы Росгвардии несколько раз проверяли ее документы и расспрашивали о цели акции.

24 июля, во время следующего пикета, активистку задержали. После освобождения она вновь вернулась на Старую площадь и продолжила акцию. На следующий день Шамина объявила голодовку, назвав ее «жестом отчаяния».

«С моей стороны это был жест отчаяния: спасти Военный городок нам не удается даже при том, что закон всецело на нашей стороне. А среди градозащитников всегда циркулировало мнение, что стоит встать перед зданием Администрации президента с плакатом — и "там начнется шевеление"», — объясняла активистка.

Как отмечает соратник Шаминой Игорь Кочетков, эти акции были не протестом в привычном смысле, а обращением к Владимиру Путину с призывом не подписывать закон.

Против чего протестуют градозащитни:цы

Поводом для протестов стали поправки к закону «Об объектах культурного наследия народов РФ». Документ уже одобрили Госдума и Совет Федерации, а 26 июля его подписал Владимир Путин.

Согласно новым нормам, региональные власти смогут самостоятельно лишать объекты культурного наследия регионального и местного значения охранного статуса. Сейчас такие решения принимаются на федеральном уровне.

По мнению противни:ц закона, новые правила упростят вывод исторических зданий из-под государственной охраны и откроют больше возможностей для их сноса в интересах девелоперов. Авторы инициативы, напротив, утверждают, что изменения лишь сокращают бюрократические процедуры и не отменяют обязательную историко-культурную экспертизу и согласование с Министерством культуры.

Градозащитник Игорь Кочетков объясняет в комментарии «Ветру», что действующая система, которую он называет принципом «двух ключей», служит дополнительной гарантией сохранности памятников. Даже если региональные власти получают положительное заключение историко-культурной экспертизы, окончательное решение об исключении объекта из реестра остается за федеральным центром.

«После исключения объекта из реестра очень часто следует его снос. Поэтому федеральный уровень сегодня — это барьер, который не позволяет безосновательно снимать памятники с охраны», — отмечает Кочетков.

По его мнению, передача этих полномочий регионам создает серьезные коррупционные риски, поскольку именно на местном уровне чаще возникают связи между чиновни:цами и строительным бизнесом, заинтересованным в освобождении территорий под новую застройку.

Контекст

Наталия Шамина более двадцати лет занимается защитой исторического и природного наследия Новосибирска. Докторка биологических наук и бывшая сотрудница институтов РАН, она пришла в общественную деятельность в 2006 году — после решения о вырубке лесов Академгородка ради строительства технопарка.

Вместе с другими активист:ками Шаминой удалось добиться сохранения большей части лесного массива. В последующие годы она участвовала в кампаниях за сохранение Академгородка, Военного городка, исторического Соцгорода завода «Сибкомбайн» и здания физико-математической школы при НГУ.

По словам самой Шаминой, именно невозможность добиться полноценной защиты Военного городка — архитектурного комплекса, часть зданий которого до сих пор не имеет охранного статуса и может быть снесена ради новой застройки, — стала причиной ее «жеста отчаяния» в Москве.

Как рассказывал Игорь Кочетков в разговоре с «Ветром», для Шаминой защита культурного наследия — это не только вопрос сохранения памятников, но и исторической памяти, а также российской государственности. По его словам, большинство участни:ц ВООПИиК занимаются этой работой не ради заработка, а из убеждений, считая сохранение памятников неотъемлемой частью защиты истории страны.