Минздрав рекомендовал направлять к психологу женщин, заявляющих о нежелании иметь детей

Минздрав рекомендовал направлять к психологу россиянок, которые во время репродуктивной диспансеризации заявляют о нежелании иметь детей. Соответствующие методические рекомендации утверждены ведомством, сообщает ТАСС.

В ходе диспансеризации пациент:ки заполняют анкету для оценки репродуктивного здоровья. В женской версии содержится вопрос: «Сколько детей вы бы хотели иметь, включая родившихся?». Если пациентка указывает «0», ей рекомендуется консультация медицинского психолога — «с целью формирования положительных установок на рождение детей».

Похожий вопрос есть и в анкете для мужчин — «Сколько детей вы хотели бы иметь (с учетом имеющихся), учитывая текущие жизненные обстоятельства?». Однако направление к психологу в случае ответа «0» для них не предусмотрено.

Чем власти это объясняют?

В Минздраве объясняют изменения задачами повышения рождаемости и профилактики абортов. В ведомстве считают, что психологическое консультирование позволит информировать женщин о мерах поддержки и «сформировать позитивное отношение к материнству».

Обновленные рекомендации затрагивают и другие аспекты диспансеризации. Так, изменен подход к онкологическому скринингу: тест на вирус папилломы человека высокого канцерогенного риска теперь проводится раз в пять лет, а цитология назначается только при положительном результате. Для женщин 18–29 лет ПЦР-исследование на инфекции, передающиеся половым путем, перенесено на первый этап обследования.

Анкеты для мужчин и женщин по-прежнему включают вопросы о перенесенных заболеваниях, факторах риска и репродуктивной истории. В зависимости от ответов пациенто:к могут направить к профильным специалистам — эндокринологам, дерматовенерологам, онкологам или урологам.

В Минздраве подчеркивают, что рекомендации носят необязательный характер, а консультации проводятся только с согласия пациенток. Как пояснила РБК главный внештатный специалист по репродуктивному здоровью женщин Наталия Долгушина, такие меры направлены на профилактику абортов и повышение рождаемости: «психологическая помощь […] будет способствовать формированию у нее позитивного отношения к материнству». При этом, если женщина находится в трудной жизненной ситуации, ей могут предложить консультацию специалиста по социальной работе.

Глава комитета Госдумы по охране здоровья Сергей Леонов назвал инициативу «проявлением заботы», подчеркнув, что решение о посещении психолога остается за самой женщиной. Он также отметил, что такие консультации обычно стоят дорого, тогда как в рамках диспансеризации они будут бесплатными.

В то же время депутатка Госдумы Ксения Горячева заявила, что нежелание иметь детей нельзя рассматривать как отклонение, и подчеркнула: любые подобные консультации должны быть исключительно добровольными.

При этом акушерка-гинекологиня и репродуктологиня Виктория Шустова в разговоре с газетой «Коммерсант» отмечает, что «репродуктивный выбор — это личное решение», а задача врача — «не переубеждать, а сопровождать». Клиническая психологиня Ольга Уманова в комментарии изданию подчеркивает, что «формирование установок» противоречит принципу нейтральности в консультировании: цель психолога — не изменить решение, а помочь человеку осознанно его принять. Она также обращает внимание, что рекомендации фактически исключают мужчин из процесса, перекладывая ответственность за репродуктивный выбор на женщин.

Что говорят эксперт:ки?

В разговоре с DOXA журналистка и фемактивистка Анастасия Полозкова отмечает, что подобные инициативы укладываются в уже сложившуюся логику государственного контроля над репродуктивным выбором: «Меня уже мало что удивляет среди инициатив чиновников, РПЦ и Минздрава в отношении репродуктивного контроля над женщинами. Сама формулировка, о которой пишет ТАСС — “направить к психологу с целью формирования положительных установок на рождение детей” — напоминает начало “Рассказа служанки”, как и многие подобные меры. Возникает простой вопрос: почему бы не формировать эти “позитивные установки” через реальную социальную поддержку? И нельзя игнорировать контекст — война явно не способствует улучшению демографической ситуации».

По ее словам, проблема заключается не в «нежелании» женщин, а в условиях, в которых они живут: «Женщины хотят рожать — это подтверждают даже данные ВЦИОМ: в последние годы растет доля тех, кто в идеале хотел бы иметь четырех и более детей. Но они не рожают, потому что материальные и социальные условия против них. Нет уверенности, что получится вырастить даже одного ребенка — особенно в условиях войны, когда многие едва справляются с базовыми потребностями. Власти это игнорируют и вместо создания условий действуют топорно, дегуманизируя женщин и лишая их репродуктивного выбора».

Полозкова также обращает внимание на гендерный перекос в подходе Минздрава: «Почему вся ответственность снова ложится на женщин? Почему “работать” решают только с ними? Где консультации для мужчин? Даже в том же докладе ВЦИОМ говорится о необходимости вовлекать мужчин в принятие решений о рождении детей, чтобы перераспределить нагрузку и дать женщинам возможность совмещать материнство с самореализацией. Но эти выводы, по сути, игнорируются».

В целом, считает она, новые рекомендации вписываются в более широкую государственную политику: «Это часть той же пронаталистской логики милитаризованного государства: мужчины становятся расходным материалом на войне, а женщины — теми, кто должен рожать новых. При этом желания самих женщин и условия их жизни оказываются на периферии внимания».

Контекст

В последние годы российские власти последовательно усиливают политику, направленную на рост рождаемости. В 2023 году Минздрав разработал «речевые модули» для психолог:инь, призванные отговаривать женщин от аборта. С 1 марта в России также действует реестр беременных, куда вносятся данные о течении беременности и ее исходах — по словам вице-премьерки Татьяны Голиковой, это необходимо «для мониторинга демографической ситуации».

В ряде регионов введены выплаты беременным студенткам и административная ответственность за «склонение к аборту». В декабре 2025 года в Мордовии впервые оштрафовали жителя по этой статье — на 5 тысяч рублей.

По данным Общественной палаты, такие законы уже действуют примерно в 30 регионах.