Изображение-«Чем я занимаюсь?»

«Чем я занимаюсь?»

Три истории журналисто_к из авторитарных стран

8 февраля 2024 года DOXA внесли в реестр «нежелательных организаций».

Если вы находитесь в России или планируете в нее возвращаться, вам нельзя репостить наши материалы в соцсетях, ссылаться на них и публиковать цитаты.

Подробнее о том, что можно и нельзя, читайте в карточках.

За последние годы российская журналистика претерпела серьезные изменения. Все сайты независимых изданий и некоторые социальные сети были заблокированы, часть журналисто_к уехали из страны, а те, кто остались, чаще всего продолжают работать анонимно из-за рисков попасть под десятки репрессивных законов.

Но для журналисто_к из стран с авторитарными режимами такие условия работы не новы. Во время революции в Сирии журналисто_к массово арестовывали, после прихода к власти Талибана в Афганистане женщины-журналистки полностью лишились своих прав, в Туркменистане издания сопротивляются одному из самых закрытых в мире режимов Бердымухамедовых.

Чему мы можем научиться у наших колле_жанок по всему миру? DOXA поговорила с журналист_ками из Сирии, Афганистана и Туркменистана.

Хулуд Хельмиavatar-mask
Журналистка Enab Baladi, Сирия
Хулуд Хельми

Начало карьеры

Моя журналистская карьера началась во время сирийской революции в 2011 году. Тогда я была активисткой: следила за новостями, помогала организовывать мирные демонстрации в родном городе Дарайя. В тот момент о жестокости сирийского режима было практически неизвестно остальному миру. Некоторые иностранные и арабские репортеры пытались въехать в страну, но очень скоро им перестали выдавать визы — Сирия была заблокирована.

Связь с активист_ками из других городов тоже была нарушена. Поэтому мы решили создать собственную платформу, чтобы делиться новостями из Дарайя с другими городами и оповещать житель_ниц о том, что происходит в других местах. Вместе с друзьями мы создали газету Enab Baladi, первый выпуск появился уже в январе 2012 года.

Как менялась работа?

Мы решили рассказывать истории во время, когда в Сирии регулярно проходили массовые демонстрации, которые жестоко подавлял режим. Тогда было гораздо проще проводить полевую работу: встречаться с людьми, интервьюировать их, документировать нарушения прав человека. Я работала полностью анонимно, даже моя семья не знала, что я пишу для Enab Baladi.

Все изменилось в 2013 году, когда арестовали моих друзей. Силовики пытались заманить нас в ловушку, чтобы тоже арестовать. Мы начали понимать, что находимся в серьезной опасности и нам нужно уехать из страны. Нам не повезло, и пришлось уехать, но другие смелые люди продолжают делать эту работу. Только благодаря им мы до сих пор получаем информацию о происходящем на подконтрольных режиму территориях.

Я не могу вернуться в страну и уже почти потеряла на это надежду. Воспоминания о доме и родном городе уничтожены режимом. Я не могу получить паспорт, я беженка в другой стране. Все эти вещи оказывают огромное моральное давление, загоняя во все более глубокую депрессию, в которой я постоянно задаю себе вопрос: «Чем я занимаюсь?»

background imagedonation title
Мы рассказываем про военное вторжение России в Украину, протесты и репрессии. Мы считаем, что сейчас, когда десятки медиа закрылись или перестали освещать войну, доступ к независимой информации важен как никогда.

Почему журналистская работа важна?

Прямо сейчас Сирия разделена на множество зон влияния, где люди сталкиваются с огромным количеством трудностей. Наша главная задача — это сохранить голоса людей, а не пренебрегать ими в пользу политических групп. В изгнании мы находимся в достаточной безопасности, чтобы продолжить рассказывать истории.

Это особенно важно сейчас, когда мы теряем надежду и веру, когда Башара Асада приняли обратно в Лигу Арабских государств и отношения с режимом нормализуются. После 12 лет нарушений прав человека политики теряют восприимчивость и начинают вновь жать руки преступникам. Мы все знаем, что история пишется победителями, и, к сожалению, Асад побеждает. Режим уже начал переписывать историю последних лет, но я не хочу, чтобы наши воспоминания были стерты, поэтому необходимо продолжать работу.

Постоянная борьба морально истощает, поэтому важно помнить о себе. В таких условиях особенно важно выстраивать баланс между работой и личной жизнью. Если вы ментально готовы продолжать работу — продолжайте. Но если это не так, не вините себя, вы уже сделали огромную работу и заслуживаете того, чтобы заняться чем-то другим.

Читайте материал DOXA о революции и войне в Сирии в историях участни_ц событий из Алеппо, Хомса и Дарайя

«Народ хочет падения режима!»

DOXA рассказывает о революции и войне в Сирии через истории очевидцев

Изображение-«Народ хочет падения режима!»
Никита Кучинский
Никита Кучинский
Захра Надерavatar-mask
Главная редакторка Zan Times, Афганистан
Захра Надер

Начало карьеры

Я начала работать журналисткой в афганских медиа в Кабуле, когда еще училась в университете. Тогда я стала осознавать, что репрезентация женщин в местных медиа ограничена. Для меня это стало личной борьбой, поскольку женщин чаще всего не спрашивали о мнении, они не принимали решений. Медиа управляли мужчины.

Однажды коллега сказал мне: «Ты не можешь стать хорошей журналисткой, ведь ты женщина. Ты не можешь освещать теракты, оставаться допоздна и свободно путешествовать». При этом меня никто никогда об этом не просил! Позже я устроилась в местный офис New York Times — там теракты освещали те, кто вызывался первым. В один день поехала я и встретила того самого коллегу. Я подошла к нему и сказала:

Сейчас 10 часов вечера, и я все еще здесь, как и ты, освещаю теракт

Для меня это была большая борьба — доказать, что мой гендер ничего не говорит о профессионализме. В 2017 году я уехала в Канаду, где через несколько лет получила PhD по гендерным исследованиям, временно работая журналисткой только на фрилансе.

Как менялась работа?

Приход Талибана к власти произошел очень стремительно. С тех пор я пытаюсь делать все возможное, чтобы люди знали, что происходит с женщинами в Афганистане. Для этого вместе с группой журналисто_к мы создали собственное медиа Zan Times, которое полностью посвящено проблемам женщин и маргинализованных групп в Афганистане.

Конечно, найти финансирование было очень трудно, поэтому мы использовали собственные сбережения. Мы решили, что это наша ответственность как граждан_ок и журналисто_к из Афганистана — продолжать делать, что можем, несмотря на ограниченные ресурсы. При этом у нас есть важный принцип: мы всегда платим нашим колле_жанкам в Афганистане, потому что понимаем, что у 95% населения нет средств к существованию. Просить их работать бесплатно — это несправедливость и эксплуатация.

Почему журналистская работа важна?

Сейчас в разных частях мира мы наблюдаем подъем авторитарных режимов. Цена донесения правды высока, особенно изнутри страны. Оставшиеся в Афганистане колле_жанки работают анонимно, они не могут открыто интервьюировать людей, а если и могут, респондент_ки часто боятся.

Но если мы перестанем рассказывать эти истории, никто не будет знать, что действительно происходит. Правительство Талибана — единственное в мире — отрицает не просто базовые права женщин, но и отношение к ним как к людям. У женщин нет права на образование, работу, они находятся в положении крайней бедности. Когда ты видишь эту ситуацию, понимаешь, что необходимо об этом рассказывать. Наверное, сейчас самое важное время, чтобы продолжать работу.

Читайте разговор DOXA с ЛГБТК+ беженцем из Афганистана

«Убей меня, если хочешь, — мне все равно»

Интервью с Ш. — геем, спасшимся из Афганистана

Изображение-«Убей меня, если хочешь, — мне все равно»
Дмитрий Елагин
Дмитрий Елагин
Руслан Мятиевavatar-mask
Журналист Turkmen.News, Туркменистан
Руслан Мятиев

Начало карьеры

Мои родители занимались журналистикой, и я ей учился с 16 лет. После учебы я запустил собственный ресурс. Все начиналось с простого распространения новостей. Тогда [до основания Turkmen News в 2010 году — примечание DOXA] о Туркменистане писали несколько сайтов, но все они были заблокированыПо данным на 2023 год Туркменистан находится на лидирующих позициях по массовости интернет-цензуры. В стране заблокированы Facebook, Twitter, ВКонтакте, Telegram, WhatsApp, сайты практически всех независимых изданий и мировых СМИ. Также страна является рекордсменом по самому медленному в мире интернету.. Я начал копировать их новости в вордовский документ и отправлять по электронной почте контактам, которые у меня были. Одновременно я призывал делиться почтами, которые можно добавить в рассылку. Через год в ней было уже три тысячи контактов.

Со временем люди начали делиться собственной информацией, у меня появилась возможность что-то перепроверять. Все это позволило запустить полноценное издание Turkmen.News. Сейчас проект разрастается и мы занимаемся не только новостями, но и крупными журналистскими расследованиями.

Как менялась работа?

Блокировки уже не работают: люди научились их обходить, поскольку стабильный интернет им нужен не только для независимой информации, но и для работы и учебы. Помимо этого, наш ресурс активно читают мигранты, которые работают, к примеру, в Турции или России. Там сайт не заблокирован, у них есть свободный доступ, и они разными способами передают информацию своим близким в Туркменистане. Иногда бывает, что на следующий день после публикации нам пишут из Ашхабада и говорят, что все это обсуждают. Благодаря соцсетям и общению людей друг с другом информация расходится достаточно быстро.

Почему журналистская работа важна?

Уже около трех лет мы сотрудничаем с OCCRPЦентр исследования коррупции и организованной преступности, вместе выпустили три больших расследования о коррупции в Туркменистане. Мы видим, что после каждой публикации происходят конкретные изменения. К примеру, одно из наших расследований было посвящено племянникам бывшего президента Гурбангулы Бердымухамедова, которые фактически монополизировали экспорт минеральных удобрений из страны. Через некоторое время после публикации [и смены президента — примечание DOXA] племянников убрали с постов.

Туркменистан — авторитарная страна, где не работают законы и постоянно нарушаются права человека. Но несмотря на это, власти понимают, что такие истории могут привести к влиянию извне: против них могут ввести санкции. В этом мы видим результаты своей работы и для жителей страны. Если раньше целая отрасль контролировалась племянниками президента, то сейчас она начинает выходить на более или менее открытые торги, возможности получают простые предприниматели. Но, безусловно, работы еще очень много.

В таких условиях профессия — это не праздник, а постоянная борьба

Но нам грех падать духом и опускать руки, когда мы получаем большую поддержку людей и знаем, что нас читают и уважают. Эта работа точно не впустую, а результат рано или поздно придет.